Черный лебедь под знаком независимости

черный лебедь под знаком независимости

«Чёрный лебедь» — теория, рассматривающая труднопрогнозируемые и редкие события, которые имеют значительные последствия. Автором теории является Нассим Николас Талеб, который в своей книге «Чёрный лебедь. Под знаком непредсказуемости» ( г.). Финансист и автор книги «Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости» рассказал о своём отношении к кредитам, благотворительности и рискам. Войну за независимость и гражданскую не считать. Под знаком непредсказуемости", Нассим Николас Талеб. Автор: Черный лебедь - это событие, обладающее следующими тремя равенства шансов и независимости отдельно взятого броска от всех прочих.

Но в тот момент я осознал, что мне наплевать на деньги. В первые годы обучения в Уортоне мои интересы приобрели очень четкую, но необычную направленность: Напомню, что платоническая складка — это то место, где наше представление о мире перестает соответствовать реальности, о чем мы не ведаем.

Я стал одновременно квант-инженером и трейдером. Квант-инженер — это ученый-технолог, применяющий математические модели неопределенности к финансовым или социально-экономическим данным и сложным финансовым инструментам.

черный лебедь под знаком независимости

Правда, я был квант-инженером наоборот: Я занимался той единственной работой, которой мог заниматься человек, ненавидевший риск, чуявший риск и ни черта не смысливший. Между тем технический багаж квант-инженера смесь прикладной математики, инженерии и статистикив придачу к активной практике, оказался очень полезным для того, кто задумал сделаться философом [12].

Во-вторых, учишься мыслить формально и систематически, вместо того чтобы увязать в частностях. А числа легко обработать с помощью компьютера. Анализ исторических данных показывает, что история движется вперед, а не назад и что в действительности она хаотичнее, чем в рассказах хронистов.

Нассим Талеб. Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости

И эпистемология, и философия истории, и статистика ставят своей целью постижение сути фактов, исследование механизмов, их порождающих, и отделение исторических закономерностей от совпадений. Они все апеллируют к знанию, хотя и располагаются, так сказать, в разных корпусах учреждения.

Независимость в образной форме В ту ночь, 19 октября года, я проспал двенадцать часов. Трудно было сказать моим друзьям, так или иначе пострадавшим от краха, об этом чувстве торжества. Он защищает вас от умственной проституции и освобождает от давления извне — любого давления. Независимость — понятие относительное: Пусть не слишком солидное, это вспомоществование в буквальном смысле слова излечило меня от каких бы то ни было финансовых амбиций — оно взывало к моей совести всякий раз, когда я отвлекался от ученых занятий ради материальной выгоды.

То была пора, когда трейдеры, потеряв деньги, крушили телефоны.

АНТИХРУПКОСТЬ ЧАСТЬ 1 , Нассим Николас Талеб АУДИОКНИГА / блокнот знаний

Кто-то предпочитал ломать стулья, столы или еще что-нибудь, лишь бы треснуло погромче. Как-то раз на чикагской бирже один трейдер бросился меня душить, так что четыре охранника едва его оттащили.

Кто же захочет расстаться с такой средой? Променять ее на обеды в обшарпанной университетской столовке с замшелыми профессорами, обсуждающими последнюю кафедральную интригу? Поэтому я остался и по сей день остаюсь квант-инженером и трейдером, однако устроил свою жизнь так: Чтобы постепенно вынашивать мою главную идею, мне надо было стать фланером, профессиональным медитатором, сидеть в кафе, гулять без поводка, привязанного к рабочему столу и организации, спать столько, сколько душе угодно, читать запоем и никому ничего не объяснять.

Мне требовался покой для возведения, кирпичик за кирпичиком, целой философской системы, основанной на моей идее Черного лебедя. Философ из лимузина Война в Ливане и крах года представлялись мне явлениями одного рода. Мне было очевидно, что, когда дело доходит до признания роли таких событий, почти у каждого обнаруживается ментальное слепое пятно.

Неужели люди не в состоянии разглядеть этаких мамонтов? Ответ напрашивался сам собой: Я закончу эту автобиографическую прелюдию вот какой историей.

Я не имел определенной специальности за пределами моей рутинной работы и не стремился иметь. Когда на разного рода вечеринках меня спрашивали о моей профессии, меня подмывало ответить: Она то и дело порывалась заговорить со мной на ломаном французском, потому что я читал по-французски книгу социолога и философа Пьера Бурдье, где, по иронии судьбы, речь как раз шла о знаках социального различия. Весь полет прошел в ледяном молчании, и, хотя напряжение было весьма ощутимо, мне удалось спокойно почитать.

Черный лебедь Евгении Розовые очки и успех. Невролог с философской жилкой первые ее три мужа были философамиона вбила в свою упрямую франко-русскую головку, что должна облечь свой опыт и мысли в литературную форму. Она превратила свои теории в истории и перемешала их с разнообразными автобиографическими комментариями.

Диалоги иностранцев везде давались на их родных языках, а переводы лепились внизу наподобие субтитров в фильмах.

Чёрный лебедь (теория)

Она не желала переводить на скверный английский то, что говорилось на скверном итальянском [13]. Ни один издатель не принимал ее всерьез, хотя в индустрии существовал тогда некоторый интерес к тем редким ученым, которые ухитрялись изъясняться хоть мало-мальски вразумительно.

К ней проявляли достаточно внимания, чтобы посылать ей письма с отказами, изредка — с оскорбительными комментариями, что было лучше куда более оскорбительного и унизительного молчания. Ее рукопись приводила издателей в замешательство.

Я держу деньги в евро, долларах и британских фунтах. То, что я делаю с моими деньгами, — это личное. Люди, которые говорят, что они отдают что-то на благотворительность, в моей книге — табу. Никто никогда не должен публично говорить об акте благотворительности. Лучше упустить миллион возможностей, чем прогореть один. Я узнал об этом от трейдеров-ветеранов на своей первой работе в нью-йоркском банке, который больше не существует.

Большинство людей не понимают, как справляться с неопределенностью. Они избегают небольших рисков, и, сами не осознавая этого, идут на большой, большой риск. У предпринимателей, которые последовательно добиваются успеха, совершенно противоположное отношение: Не вкладывайте энергию в переговоры, за исключением случаев, когда на кону стоит много нулей.

Чёрный лебедь (теория) — Википедия

Можно проиграть в маленьких играх, но сохранить свои усилия для больших. Нет ничего плохого в том, чтобы быть неправым, если вы расплачиваетесь за. Продавцы подержанных автомобилей хорошо говорят, они убедительны, но в конечном счете они остаются в выигрыше, даже если их советы причиняют кому-то вред. Злоумышленник — это не тот, кто ошибается, это тот, кто отстраняется от своих ошибок.

Сегодня в мире куда меньше ощущения личной вовлеченности, чем было пятьдесят или даже двадцать лет. Она показывает, в каких жестких границах наблюдений или опыта происходит наше обучение и как относительны наши познания. Одно-единственное наблюдение может перечеркнуть аксиому, выведенную на протяжении нескольких тысячелетий, когда люди любовались только белыми лебедями.

Независимость в образной форме

Для ее опровержения хватило одной причем, говорят, довольно уродливой черной птицы [1]. Я выхожу за пределы этого логико-философского вопроса в область эмпирической реальности, которая интересует меня с детства. Во-первых, оно аномально, потому что ничто в прошлом его не предвещало.

Во-вторых, оно обладает огромной силой воздействия. В-третьих, человеческая природа заставляет нас придумывать объяснения случившемуся после того, как оно случилось, делая событие, сначала воспринятое как сюрприз, объяснимым и предсказуемым.

Остановимся и проанализируем эту триаду: Подумайте, как мало помогли бы вам ваши знания о мире, если бы перед войной года вы вдруг захотели представить дальнейший ход истории.

Только не обманывайте себя, вспоминая то, чем набили вам голову занудные школьные учителя. Например, вы бы могли предвидеть приход Гитлера к власти и мировую войну? А стремительный распад советского блока? А вспышку мусульманского фундаментализма?

черный лебедь под знаком независимости

А крах рынка в году и уж совсем неожиданное возрождение? Буквально все, что имеет хоть какую-то значимость. Сочетание малой предсказуемости с силой воздействия превращает Черного лебедя в загадку, но наша книга все-таки не об. Она главным образом о нашем нежелании признавать, что он существует! Причем я имею в виду не только вас, вашего кузена Джо и меня, а почти всех представителей так называемых общественных наук, которые вот уже больше столетия тешат себя ложной надеждой на то, что их методами можно измерить неопределенность.